Николай Александрович Бердяев Реферат

      Комментарии к записи Николай Александрович Бердяев Реферат отключены

Николай Александрович Бердяев Реферат.rar
Закачек 1680
Средняя скорость 9547 Kb/s

Никола́й Алекса́ндрович Бердя́ев ( (18) марта 1874, Киев, Российская империя — 23 марта [1] [2] 1948, Кламар под Парижем, Франция) — русский религиозный и политический философ, представитель экзистенциализмa.

Н. А. Бердяев родился в дворянской семье. Его отец, Александр Михайлович Бердяев, был офицером-кавалергардом, потом киевским уездным предводителем дворянства, позже председателем правления киевского земельного банка; мать, Алина Сергеевна, урождённая княжна Кудашева, по матери была француженкой.

1.2. Образование

Бердяев воспитывался дома, затем в Киевском кадетском корпусе. В шестом классе оставил корпус и начал готовиться к экзаменам на аттестат зрелости для поступления в университет. «Тогда же у меня явилось желание сделаться профессором философии» [3] . Поступил на естественный факультет Киевского университета, через год на юридический. В 1897 г. за участие в студенческих беспорядках был арестован, отчислен из университета и сослан в Вологду. В 1899 г. в марксистском журнале «Neue Zeit», напечатана его первая статья «Ф. А. Ланге и критическая философия в их отношении к социализму». В 1901 г. вышла его статья «Борьба за идеализм», закрепившая переход от позитивизма к метафизическому идеализму. Наряду с С. Н. Булгаковым, П. Б. Струве, С. Л. Франком Бердяев стал одной из ведущих фигур движения (веховство), которое впервые заявило о себе сборником статей «Проблемы идеализма» (1902), затем сборниками «Вехи» (1909) и «Из глубины» (1918), в которых резко отрицательно характеризовались революции 1905 и 1917 годов. В 1913 году написал антиклерикальную статью, в защиту афонских монахов. За это он был приговорен к депортации в Сибирь, но Первая мировая война и революция помешали приведению приговора в исполнение. За последующие годы до своей высылки из СССР в 1922 г. Бердяев написал множество статей и несколько книг, из которых впоследствии, по его словам, по-настоящему ценил лишь две — «Смысл творчества» и «Смысл истории». Он участвовал во многих начинаниях культурной жизни Серебряного века, вначале вращаясь в литературных кругах Петербурга, потом принимая участие в деятельности Религиозно-философского общества в Москве. После революции 1917 года Бердяев основал «Вольную академию духовной культуры», просуществовавшую три года (1919—1922) [4] .

1.3. Жизнь в эмиграции

Дважды при советской власти Бердяев попадал в тюрьму. «Первый раз я был арестован в 1920 году в связи с делом так называемого Тактического центра, к которому никакого прямого отношения не имел. Но было арестовано много моих хороших знакомых. В результате был большой процесс, но я к нему привлечен не был». Во второй раз Бердяева арестовали в 1922 году. «Я просидел около недели. Меня пригласили к следователю и заявили, что я высылаюсь из советской России за границу. С меня взяли подписку, что в случае моего появления на границе СССР я буду расстрелян. После этого я был освобожден. Но прошло около двух месяцев, прежде чем удалось выехать за границу» [5] . После отъезда (на так называемом «философском пароходе») Бердяев жил сначала в Берлине, где познакомился с несколькими немецкими философами: Максом Шелером, Кайзерлингом, Шпенглером. В 1924 он переехал в Париж. Там, а в последние годы в Кламаре под Парижем, Бердяев и жил до самой смерти. Принимал самое активное участие в работе Русского студенческого христианского движения (РСХД), являлся одним из его главных идеологов. Он много писал и печатался, с 1925 по 1940 гг. был редактором журнала «Путь», активно участвовал в европейском философском процессе, поддерживая отношения с такими философами, как Э. Мунье, Г. Марсель, К. Барт и др.

«В последние годы произошло небольшое изменение в нашем материальном положении, я получил наследство, хотя и скромное, и стал владельцем павильона с садом в Кламаре. В первый раз в жизни, уже в изгнании, я имел собственность и жил в собственном доме, хотя и продолжал нуждаться, всегда не хватало». В Кламаре раз в неделю устраивались «воскресенья» с чаепитиями, на которые собирались друзья и почитатели Бердяева, происходили беседы и обсуждения разнообразных вопросов и где «можно было говорить обо всём, высказывать мнения самые противоположные» [6] .

Среди опубликованных в эмиграции книг Н. А. Бердяева следует назвать «Новое средневековье» (1924), «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» (1931), «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии» (1939), «Русская идея» (1946), «Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация» (1947). Посмертно были опубликованы книги «Самопознание. Опыт философской автобиографии» (1949), «Царство Духа и царство Кесаря» (1951) и др.

«Мне пришлось жить в эпоху катастрофическую и для моей Родины, и для всего мира. На моих глазах рушились целые миры и возникали новые. Я мог наблюдать необычайную превратность человеческих судеб. Я видел трансформации, приспособления и измены людей, и это, может быть, было самое тяжелое в жизни. Из испытаний, которые мне пришлось пережить, я вынес веру, что меня хранила Высшая Сила и не допускала погибнуть. Эпохи, столь наполненные событиями и изменениями, принято считать интересными и значительными, но это же эпохи несчастные и страдальческие для отдельных людей, для целых поколений. История не щадит человеческой личности и даже не замечает ее. Я пережил три войны, из которых две могут быть названы мировыми, две революции в России, малую и большую, пережил духовный ренессанс начала XX века, потом русский коммунизм, кризис мировой культуры, переворот в Германии, крах Франции и оккупацию ее победителями, я пережил изгнание, и изгнанничество мое не кончено. Я мучительно переживал страшную войну против России. И я еще не знаю, чем окончатся мировые потрясения. Для философа было слишком много событий: я сидел четыре раза в тюрьме, два раза в старом режиме и два раза в новом, был на три года сослан на север, имел процесс, грозивший мне вечным поселением в Сибири, был выслан из своей Родины и, вероятно, закончу свою жизнь в изгнании». [7]

Умер Бердяев в 1948 г. в своём доме в Кламаре от разрыва сердца. За две недели до смерти он завершил книгу «Царство Духа и Царство Кесаря», и у него уже созрел план новой книги, написать которую он не успел [8] .

2. Основные положения философии

Наиболее выражает мою метафизику книга «Опыт эсхатологической метафизики». Моя философия есть философия духа. Дух же для меня есть свобода, творческий акт, личность, общение любви. Я утверждаю примат свободы над бытием. Бытие вторично, есть уже детерминация, необходимость, есть уже объект. Может быть, некоторые мысли Дунса Скота, более всего Я. Беме и Канта, отчасти Мен де Бирана и, конечно, Достоевского как метафизика я считаю предшествующими своей мысли, своей философии свободы.Самопознание, гл. 11.

Во время ссылки за революционную деятельность Бердяев перешёл от марксизма («Маркса я считал гениальным человеком и считаю сейчас», — писал он позднее в «Самопознании») к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма и персонализма.

В своих работах Бердяев охватывает и сопоставляет мировые философские и религиозные учения и направления: греческую, буддийскую и индийскую философию, неоплатонизм, гностицизм, мистицизм, масонство, космизм, антропософию, теософию, Каббалу и др.

У Бердяева ключевая роль принадлежала свободе и творчеству («Философия свободы» и «Смысл творчества»): единственный механизм творчества — свобода. В дальнейшем Бердяев ввел и развил важные для него понятия:

  • царство духа,
  • царство природы,
  • объективация — невозможность преодолеть рабские оковы царства природы,
  • трансцендирование — творческий прорыв, преодоление рабских оков природно-исторического бытия.

Но в любом случае внутренней основой бердяевской философии являются свобода и творчество. Свобода определяет царство духа. Дуализм в его метафизике — это Бог и свобода. Свобода угодна Богу, но в то же время она — не от Бога. Существует «первичная», «несотворённая» свобода, над которой Бог не властен. Эта же свобода, нарушая «божественную иерархию бытия», порождает зло. Тема свободы, по Бердяеву, важнейшая в христианстве — «религии свободы». Иррациональная, «темная» свобода преображается Божественной любовью, жертвой Христа «изнутри», «без насилия над ней», «не отвергая мира свободы». Богочеловеческие отношения неразрывно связаны с проблемой свободы: человеческая свобода имеет абсолютное значение, судьбы свободы в истории — это не только человеческая, но и божественная трагедия. Судьба «свободного человека» во времени и истории трагична.

Реферат: Бердяев Николай Александрович

Бердяев Николай Александрович

Бердяев Николай Александрович (1874-1948), русский религиозный философ. Участвовал в сборниках ‘Вехи’ (1909), ‘Из глубины’ (1918). В 1922 выслан из Советской России. С 1925 — во Франции, издавал религиозно-философский журнал ‘Путь’ (Париж, 1925-40). От марксизма перешел к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма и персонализма. Свобода, дух, личность, творчество противопоставляются Бердяевым необходимости, миру объектов, в котором царствуют зло, страдание, рабство. Смысл истории, по Бердяеву, мистически постигается в мире свободного духа, за пределами исторического времени. Основные сочинения (переведены на многие языки): ‘Смысл творчества’ (1916), ‘Миросозерцание Достоевского’ (1923), ‘Философия свободного духа’, ‘Русская идея’ (1948), ‘Самопознание’ (1949).

Бердяев принадлежал к знатному военно-дворянскому роду. Учился в Киевском кадетском корпусе (1884-94) и Киевском университете (1894-98) на естественном, затем на юридическом факультетах. С 1894 примкнул к марксистским кружкам, в 1898 за участие в них исключен из университета, арестован и выслан на 3 года в Вологду. В 1901-02 Бердяев проделал эволюцию, характерную для идейной жизни России тех лет и получившую название ‘движение от марксизма к идеализму’. Наряду с С. Н. Булгаковым, П. Б. Струве, С. Л. Франком Бердяев становится одной из ведущих фигур этого движения, которое заявило о себе сборником ‘Проблемы идеализма’ (1902) и положило начало религиозно-философскому возрождению в России. С 1904 Бердяев живет в Петербурге, руководит журналом ‘Новый путь’ и ‘Вопросы жизни’. Он сближается с кругом Д. С. Мережковского, З. Н. Гиппиус, В. В. Розанова и др., где возникло течение, названное ‘новым религиозным состоянием’. Статьи этих лет собраны Бердяевым в книгах ‘Sub specie aeternitatis: Опыты философские, социальные и литературные 1900-1906’ (1907) и ‘Новое религиозное сознание и общественность’ (1907); в них выразились, по его самооценке, ‘тенденции религиозного Анархизма’. С 1908 жил в Москве, входил в круг деятелей книгоиздательства ‘Путь’ и Религиозно-философского общества памяти Вл. Соловьева; участвовал в сборнике ‘Вехи’ (1909). Оригинальная философия Бердяева начинает складываться в 1911-12, когда после пребывания в Италии и размышлений о Ренессансе исконная у Бердяева тема свободы дополняется темой творчества и его неизбежной трагедии (‘Смысл творчества’, 1916).

Революционные годы — время интенсивной творческой и общественной деятельности Бердяева. Царский режим России он считал разложившимся и революцию оправданной; однако реальность победившей революции оттолкнула его, и в начале 1919 он написал книгу ‘Философия неравенства’ (издана 1923), в которой отвергал демократию и социализм как ‘принудительную добродетель и принудительное братство’. Позднее он вернулся к признанию социалистической идеи, но всегда был противником большевистского тоталитаризма и видел свой долг в духовном противостоянии ему. Он проводит у себя дома еженедельные литературно-философские собрания, организует Вольную академию духовной культуры (конец 1918), читает публичные лекции и становится признанным лидером небольшевистской общественности. Участник сборника ‘Из глубины’ (1918). Дважды его арестовывают и осенью 1922 высылают в Германию в составе большой группы деятелей русской науки и культуры. В Берлине Бердяев организует Религиозно-философскую академию, участвует в создании Русского научного института, содействует становлению Русского студенческого христианского движения (РСХД).

В эмиграции во Франции

В 1924 он переезжает во Францию, где, поселившись в Кламаре под Парижем, становится редактором основанного им журнала ‘Путь’ (1925-40), важнейшего философского органа российской эмиграции. С небольшой книги о смысле современной эпохи ‘Новое средневековье’ (1924) начинается широкая европейская известность Бердяева, и постепенно намечается его особая роль мыслителя-посредника между русской и западной культурами. Он знакомится с ведущими западными мыслителями (М. Шелер, Кейзерлинг, Ж. Маритен, Г. О. Марсель, Л. Лавель и др.), устраивает межконфессиональные встречи католиков, протестантов и православных (1926-28), регулярные собеседования с католическими философами (1-я половина 1930-х гг.), участвует в культурфилософских ‘декадах Понтиньи’, философских собраниях и конгрессах. Персоналистское течение французских левых католиков, сложившееся в середине 1930-х гг. вокруг журнала «Esprit» во главе с Э. Мунье, возникает и развивается под прямым влиянием идей Бердяева о необходимости соединения христианской веры, духовной свободы и социальной справедливости. На Западе становится влиятельной также трактовка Бердяева русской истории и русского национального сознания, большевизма и революции, выраженная главным образом в книгах ‘Истоки и смысл русского коммунизма’ (1937) и ‘Русская Идея’ (1946). Бердяев считает, что ‘русский коммунизм есть трансформация и деформация старой русской мессианской идеи. Коммунизм в Западной Европе был бы совершенно другим явлением’. В годы 2-й мировой войны у Бердяева возникают надежды на гуманизацию советского режима, он даже вступает в контакты с его представителями (1944-46), однако известия о репрессиях и новых идеологических кампаниях обрывают его просоветские настроения. В послевоенные годы Бердяев дает наиболее зрелое изложение своей философии (‘Опыт эсхатологической метафизики’, 1947), пишет философскую автобиографию (‘Самопознание’, 1949). Бердяев приобретает общемировую известность — он автор около 40 книг, избирается почетным доктором богословия Кембриджского университета (1947).

Впервые выразив основные идеи в книге ‘Смысл творчества’, Бердяев затем варьирует и развивает их. Это идея свободы, идея творчества и объективации, идея личности и, наконец, идея ‘метаисторического’, эсхатологического смысла истории. В созданной Бердяевым дуалистической картине реальности друг другу противостоят, с одной стороны, дух (Бог), свобода, ноумен, субъект (личность, ‘я’), с другой — эмпирический мир, необходимость, феномен, объект. Оба мира не существуют оторванно друг от друга (что, по Бердяеву, соответствует платонизму), а взаимодействуют между собой: дух и свобода прорываются из ноуменального в феноменальный мир и действуют в нем.

Творчество и объективация

Плоды действия духа в мире всегда принимают форму объектов, мертвых продуктов, которые отделены от субъекта и подчинены всем ограничениям эмпирии — законам пространства-времени, причинно-следственной связи, формальной логики. Это ниспадение свободы в необходимость, называемое Бердяевым объективацией, — бытийный корень страдания, рабства, зла. Но объективации противостоит в мире другое начало — творчество. Творя, субъект вбирает этот мир в себя, включает его в свою внутреннюю жизнь, открытую для свободы и духа, и тем преображает его, освобождает от объективации. Творческий акт — прорыв духа в мир объектов. Плоды его вновь окажутся в сфере объективации, но сам он как таковой этой сфере не принадлежит, он свободен. Творчество — путь к преодолению объективации, а это преодоление составляет смысл и назначение мировой истории. Но в рамках эмпирии, пространственно-временного бытия преодоление невозможно; само время с его несовместимостью прошлого, настоящего и будущего есть следствие объективации. Свободный от объективации мир лежит вне истории как иной ‘эон’, мир свободного духа, отождествляемый у Бердяева с евангельским Царством Божиим. Этот метаисторический эон существует извечно в некоем ‘эсхатологическом’ плане бытия, который может соприкоснуться со здешним миром в любое время и в любом месте. Творческий акт и есть такое касание, при котором в мире, в истории как вспышка, является их конец и смысл. История с точки зрения ее смысла не непрерывна, а дискретна, она есть ‘прерывный, прорывный творческий процесс’. Подобная картина истории исключает все эволюционные и телеологические модели, теорию прогресса, а также и доктрину Божественного Провидения, которую Бердяев прямо называет ‘ложным учением’: Бог открывает Себя миру, но не управляет им.

Философия Бердяева — это философия личности, персонализм. Личность — это не эмпирическая индивидуальность, а человек взятый как творческое и свободное существо, неподвластное объективации. Выход к другим людям и единение с ними присущи, по Бердяеву, личности как неустранимая часть ее внутреннего мира: ‘общество- часть личности’ (‘О рабстве и свободе человека’). Реализацию этой свободной внутренней cоциальности Бердяев называет ‘соборностью’ и противопоставляет ее принудительной социализации, которую несут личности все безлично-универсальные структуры коллективного, социальные институты — классы, партии, нации, церкви. Отсюда социальная и правовая позиция Бердяева: ‘Нужно утверждать относительные формы, дающие максимум возможной свободы и достоинства личности, и примат права над государством’ (‘Опыт эсхатологической метафизики’). Будучи верующим, Бердяев в то же время критически относился ко всем овеществленным формам религиозного — догматам, церковной организации, историческому христианству как пораженным объективацией: творческое ее преодоление должно выявить духовную суть ‘эсхатологического христианства’ как непреходящего откровения о Боге и человеке.

Бердяев Николай Александрович (1874-1948), русский религиозный философ. Участвовал в сборниках ‘Вехи’ (1909), ‘Из глубины’ (1918). В 1922 выслан из Советской России. С 1925 — во Франции, издавал религиозно-философский журнал ‘Путь’ (Париж, 1925-40). От марксизма перешел к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма и персонализма. Свобода, дух, личность, творчество противопоставляются Бердяевым необходимости, миру объектов, в котором царствуют зло, страдание, рабство. Смысл истории, по Бердяеву, мистически постигается в мире свободного духа, за пределами исторического времени. Основные сочинения (переведены на многие языки): ‘Смысл творчества’ (1916), ‘Миросозерцание Достоевского’ (1923), ‘Философия свободного духа’, ‘Русская идея’ (1948), ‘Самопознание’ (1949).

Бердяев принадлежал к знатному военно-дворянскому роду. Учился в Киевском кадетском корпусе (1884-94) и Киевском университете (1894-98) на естественном, затем на юридическом факультетах. С 1894 примкнул к марксистским кружкам, в 1898 за участие в них исключен из университета, арестован и выслан на 3 года в Вологду. В 1901-02 Бердяев проделал эволюцию, характерную для идейной жизни России тех лет и получившую название ‘движение от марксизма к идеализму’. Наряду с С. Н. Булгаковым, П. Б. Струве, С. Л. Франком Бердяев становится одной из ведущих фигур этого движения, которое заявило о себе сборником ‘Проблемы идеализма’ (1902) и положило начало религиозно-философскому возрождению в России. С 1904 Бердяев живет в Петербурге, руководит журналом ‘Новый путь’ и ‘Вопросы жизни’. Он сближается с кругом Д. С. Мережковского, З. Н. Гиппиус, В. В. Розанова и др., где возникло течение, названное ‘новым религиозным состоянием’. Статьи этих лет собраны Бердяевым в книгах ‘Sub specie aeternitatis: Опыты философские, социальные и литературные 1900-1906’ (1907) и ‘Новое религиозное сознание и общественность’ (1907); в них выразились, по его самооценке, ‘тенденции религиозного Анархизма’. С 1908 жил в Москве, входил в круг деятелей книгоиздательства ‘Путь’ и Религиозно-философского общества памяти Вл. Соловьева; участвовал в сборнике ‘Вехи’ (1909). Оригинальная философия Бердяева начинает складываться в 1911-12, когда после пребывания в Италии и размышлений о Ренессансе исконная у Бердяева тема свободы дополняется темой творчества и его неизбежной трагедии (‘Смысл творчества’, 1916).

Революционные годы — время интенсивной творческой и общественной деятельности Бердяева. Царский режим России он считал разложившимся и революцию оправданной; однако реальность победившей революции оттолкнула его, и в начале 1919 он написал книгу ‘Философия неравенства’ (издана 1923), в которой отвергал демократию и социализм как ‘принудительную добродетель и принудительное братство’. Позднее он вернулся к признанию социалистической идеи, но всегда был противником большевистского тоталитаризма и видел свой долг в духовном противостоянии ему. Он проводит у себя дома еженедельные литературно-философские собрания, организует Вольную академию духовной культуры (конец 1918), читает публичные лекции и становится признанным лидером небольшевистской общественности. Участник сборника ‘Из глубины’ (1918). Дважды его арестовывают и осенью 1922 высылают в Германию в составе большой группы деятелей русской науки и культуры. В Берлине Бердяев организует Религиозно-философскую академию, участвует в создании Русского научного института, содействует становлению Русского студенческого христианского движения (РСХД).

В эмиграции во Франции

В 1924 он переезжает во Францию, где, поселившись в Кламаре под Парижем, становится редактором основанного им журнала ‘Путь’ (1925-40), важнейшего философского органа российской эмиграции. С небольшой книги о смысле современной эпохи ‘Новое средневековье’ (1924) начинается широкая европейская известность Бердяева, и постепенно намечается его особая роль мыслителя-посредника между русской и западной культурами. Он знакомится с ведущими западными мыслителями (М. Шелер, Кейзерлинг, Ж. Маритен, Г. О. Марсель, Л. Лавель и др.), устраивает межконфессиональные встречи католиков, протестантов и православных (1926-28), регулярные собеседования с католическими философами (1-я половина 1930-х гг.), участвует в культурфилософских ‘декадах Понтиньи’, философских собраниях и конгрессах. Персоналистское течение французских левых католиков, сложившееся в середине 1930-х гг. вокруг журнала «Esprit» во главе с Э. Мунье, возникает и развивается под прямым влиянием идей Бердяева о необходимости соединения христианской веры, духовной свободы и социальной справедливости. На Западе становится влиятельной также трактовка Бердяева русской истории и русского национального сознания, большевизма и революции, выраженная главным образом в книгах ‘Истоки и смысл русского коммунизма’ (1937) и ‘Русская Идея’ (1946). Бердяев считает, что ‘русский коммунизм есть трансформация и деформация старой русской мессианской идеи. Коммунизм в Западной Европе был бы совершенно другим явлением’. В годы 2-й мировой войны у Бердяева возникают надежды на гуманизацию советского режима, он даже вступает в контакты с его представителями (1944-46), однако известия о репрессиях и новых идеологических кампаниях обрывают его просоветские настроения. В послевоенные годы Бердяев дает наиболее зрелое изложение своей философии (‘Опыт эсхатологической метафизики’, 1947), пишет философскую автобиографию (‘Самопознание’, 1949). Бердяев приобретает общемировую известность — он автор около 40 книг, избирается почетным доктором богословия Кембриджского университета (1947).

Впервые выразив основные идеи в книге ‘Смысл творчества’, Бердяев затем варьирует и развивает их. Это идея свободы, идея творчества и объективации, идея личности и, наконец, идея ‘метаисторического’, эсхатологического смысла истории. В созданной Бердяевым дуалистической картине реальности друг другу противостоят, с одной стороны, дух (Бог), свобода, ноумен, субъект (личность, ‘я’), с другой — эмпирический мир, необходимость, феномен, объект. Оба мира не существуют оторванно друг от друга (что, по Бердяеву, соответствует платонизму), а взаимодействуют между собой: дух и свобода прорываются из ноуменального в феноменальный мир и действуют в нем.

Творчество и объективация

Плоды действия духа в мире всегда принимают форму объектов, мертвых продуктов, которые отделены от субъекта и подчинены всем ограничениям эмпирии — законам пространства-времени, причинно-следственной связи, формальной логики. Это ниспадение свободы в необходимость, называемое Бердяевым объективацией, — бытийный корень страдания, рабства, зла. Но объективации противостоит в мире другое начало — творчество. Творя, субъект вбирает этот мир в себя, включает его в свою внутреннюю жизнь, открытую для свободы и духа, и тем преображает его, освобождает от объективации. Творческий акт — прорыв духа в мир объектов. Плоды его вновь окажутся в сфере объективации, но сам он как таковой этой сфере не принадлежит, он свободен. Творчество — путь к преодолению объективации, а это преодоление составляет смысл и назначение мировой истории. Но в рамках эмпирии, пространственно-временного бытия преодоление невозможно; само время с его несовместимостью прошлого, настоящего и будущего есть следствие объективации. Свободный от объективации мир лежит вне истории как иной ‘эон’, мир свободного духа, отождествляемый у Бердяева с евангельским Царством Божиим. Этот метаисторический эон существует извечно в некоем ‘эсхатологическом’ плане бытия, который может соприкоснуться со здешним миром в любое время и в любом месте. Творческий акт и есть такое касание, при котором в мире, в истории как вспышка, является их конец и смысл. История с точки зрения ее смысла не непрерывна, а дискретна, она есть ‘прерывный, прорывный творческий процесс’. Подобная картина истории исключает все эволюционные и телеологические модели, теорию прогресса, а также и доктрину Божественного Провидения, которую Бердяев прямо называет ‘ложным учением’: Бог открывает Себя миру, но не управляет им.

Философия Бердяева — это философия личности, персонализм. Личность — это не эмпирическая индивидуальность, а человек взятый как творческое и свободное существо, неподвластное объективации. Выход к другим людям и единение с ними присущи, по Бердяеву, личности как неустранимая часть ее внутреннего мира: ‘общество- часть личности’ (‘О рабстве и свободе человека’). Реализацию этой свободной внутренней cоциальности Бердяев называет ‘соборностью’ и противопоставляет ее принудительной социализации, которую несут личности все безлично-универсальные структуры коллективного, социальные институты — классы, партии, нации, церкви. Отсюда социальная и правовая позиция Бердяева: ‘Нужно утверждать относительные формы, дающие максимум возможной свободы и достоинства личности, и примат права над государством’ (‘Опыт эсхатологической метафизики’). Будучи верующим, Бердяев в то же время критически относился ко всем овеществленным формам религиозного — догматам, церковной организации, историческому христианству как пораженным объективацией: творческое ее преодоление должно выявить духовную суть ‘эсхатологического христианства’ как непреходящего откровения о Боге и человеке.


Статьи по теме